вторник, 6 октября 2020 г.

Дача

Жить с бабушкой на даче было одним из самых волшебных моментов моего детства.
Дача была моим любимым местом. Мы приезжали туда в конце весны, когда солнце уже теплое, но ветер еще прохладный.

Аккуратный белый домик с красной черепицей, дорожка из бетонных квадратиков ведущая к полутемной кухне с покатой крышей. Кухня, сарай и курятник образовывали одно небольшое здание, оббитое деревом. Как было в курятнике я помню очень смутно, теперь там лежит запас бревен на холодную погоду. 

Сарай которой соседствует с кухней, для меня всегда был местом, полных загадок. Днем освещение проникало туда только из одного небольшого окна, освещая только одну его часть - стол, и тысячи полок, коробочек с инструментами, удочек, крепившимся к стене или лежавшими на полках. На потолке висели мотки проводов или шлангов, на стенах старые сумки забитые еще большим количеством непонятных мотков. Вечером, освещался он только одной лампой, свисавшей с потолка на длинном проводе. Заднюю часть комнаты, я так никогда толком и не исследовала, потому что боялась темноты до чертиков.

Огромную часть участка занимал огород, бабушка его обожала. Заросли малины, полянка клубники, фруктовые деревья, несколько вишневых, огуречная теплица в которой всегда так необычно пахло, помидоры подвязанные к деревянным колышкам. Она вставала каждый день с рассветом, а иногда и раньше его. Когда и я вставала так рано, я бежала окунать ноги в траву покрытую росой и слушала, как утро наполняется звуками: крик соседского петуха, пение птиц, первые автобусы.

Я обожала заходить в теплицу. Несмотря на ее душный, теплый воздух, там приятно пахло огурцами, свежестью и какими-то удобрениями. Это была деревянная конструкция в форме домика, оббитая прозрачной клеенкой, которая приятно шелестела на ветру.

В доме пахло теплом, он был небольшим и светлым. Заходя внутрь, ты словно проваливался в прошлое: огромный пузатый телевизор, обои с блеклыми рисуночками, тюль с бахромой, диваны оббитые бархатистой, узорчатой тканью, толстый пыльный ковер. В каждой комнате стояли старые деревянные комоды, которые вся семья свозила из квартир, покупая что-то более современное. В них были миллионы ящичков, с разными штучками, одеждой и главное книгами. В нашей с мамой комнате, был огромный темный сервант наполненный книгами, журналами и вещами. Я обожала рассматривать все эти "взрослые" книги: без картинок, в сероватых обложках, с желтеющими страницами и загнутыми уголками. Иногда днем я хватала какую-то книгу с полки и пыталась прочитать пару страниц, наполненных непонятными словами.  Но быстро бросала и доставала одну из ярких "Мурзилок".

Окно наше выходило на стену ползущего по решетке лимонника. Можно было настежь открыть окно и наблюдать за проходящими по улице людьми, при этом оставаясь абсолютно незаметным. Можно было залезть на абрикосовое дерево, ветки которого выходили за пределы участка, свешиваясь над тропинкой. Под ним я когда-то закопала коробку воспоминаний, наполнив ее рисунками, обертками, записками и странной монеткой, которую нашла на улице и решила, что она удачливая. Сейчас я уже не могу вспомнить выкопала ли я коробку тем же летом, а может и в тот же день, подумав, что идея глупая. А выкопала ли я ее? 

Забавно представлять, как бабушка, вскапывая очередную грядку, натыкается на размякшую коробку неглубоко зарытую в землю. Отряхивает ее с удивлением и открывает. А там карандаши, обертки и какой-то бесполезный мусор. 


Лесная прогулка

Мы углублялись в лес. Был пасмурный, влажный день, в воздухе определенно чувствовался запах дождя. Из-за густых деревьев, загораживающих свет, казалось, что день идет к закату, хотя на часах было всего три.

Мы искали домик в лесу, который я заметил пару дней назад, гуляя в лесу с собакой и сестрой. Мы не заходили далеко, как просила нас мама, но каким-то чудом оказались на незнакомой опушке. Деревья примыкали плотно к дороге, вокруг не было видно домов, но я слышал хрипловатое звучание музыки где-то недалеко от нас. Тогда озираясь, в поиске источника звука я и заметил небольшой домик на дереве.

Это сложно было назвать полноценным жилищем, всего лишь деревянная основа с чем-то напоминающим крышу. Я втолковал испуганной сестре, что с роду не падал с деревьев и полез наверх, цепляясь за прибитые к стволу балки. Добравшись до деревянной основы, я обернулся и махнул сестре, показывая, что все в порядке. Поставив ладошку козырьком и прищурившись, она озабочено смотрела вверх, в мою сторону. И не видела меня.

Тогда-то мне пришла идея, позвать туда нашу небольшую компанию, может даже организовать клуб, как по телику. Например, клуб следопытов, или скаутов, ну или рассказчиков страшных историй. Хотя теперь я думаю, что было бы веселее забраться туда и втайне выкурить пару сигарет, которые я стащил у сестры. Они бы подумали, что я самый крутой, а я бы уж точно себя таким посчитал. Короче, у меня было много неопределенных планов на этот домик. Главное, что мои друзья были в восторге от этого небольшого приключения, как и я.

Уже минут двадцать мы бродили вдоль опушки. Никогда не думал, что в лесу так хорошо слышно соседское радио, шум машин и газонокосилок. Только лишившись этих звуков, я понял - что-то не так. Я нервно огляделся. Никто из компании не заметил наступившую тишину. Наши шаги, хрустящие по обломкам веток и шишкам, были единственным громким звуком.

За мной шли два парня и девчонка. Она поймала мой взгляд и вопросительно подняла брови. Ей принадлежал сеттер, который сейчас вырвался чуть вперед, чтобы с интересом обнюхать ямку.

Мой пес, лишившись компании, крутился вокруг меня, зазывая поиграть. Я бросил ему мячик и уставился на друзей. Они рассеяно улыбнулись мне, видно не только я выпал из реальности на эти 20 минут. Каждый задумался о чем-то своем, убаюкиваемый мерным шелестением сосен и приятным треском почвы под нашими шагами. Д., слегка нахмурившись, до сих пор ковырял палочкой землю.

- Ребят, я думаю, мы не туда зашли, - я прокашлялся, но все равно вышло тихо.

Они переглянулись между собой. Я встревожился, не прозвучал ли мой голос испуганно или наоборот устрашающе, как в фильмах по телику, когда наступает какой-то драматичный момент. Может, они меня просто не услышали. Я снова прокашлялся, собираясь повторить, но мою попытку прервал писк.

Мой пес и сеттер, возбужденно гавкая и повизгивая, усердно рыли землю. Я оглянулся на Л., она тоже была озадачена поведением своего питомца.

- Может, там просто какой-то зверек, - услышал я голос почти возле своего уха. Ее холодная рука взяла меня под локоть и слегка потянула вперед. Обычно я не трушу, но в этот раз ноги ели слушались меня. Парни, заметно оживившись, посеменили за нами, на лицах читалось любопытство. Черт, они что, думают там какое-то золото или типа того?!

Мое возмущение сменилось воспоминанием о нашей последней находке в лесу: целое, но пустое птичье гнездо, коробка от презерватива (Л. сказала "фу, как дети", но хихикая продолжила читать инструкцию), несколько размотанных магнитофонных кассет, развешанных на деревьях как гирлянды и смастеренные меж двух сосен качели.

Я мягко высвободил локоть из ее руки и ускорил шаг. Сердце стучало как бешеное, внутри меня любопытство боролось со страхом. Потеснил ребят, я взглянул на раскопки - в небольшой ямке виднелось что-то. Что-то похожее на пластиковый пакет, или клеенку, виден был лишь уголок.

Я услышал голос Д.

- Ребят, может, идем отсюда, - он сделал пару шагов назад, все еще держа в руке палку.

Л. лишь подняла брови и усмехнулась. Мы промолчали. Я все думал, они же тоже струсили, я не один такой, они тоже струсили, черт.

Послышался грохот, Л. снова схватила меня за локоть. По коже поползли мурашки. Все это из-за ее холодных рук, повторял я себе.

Небо темнело, вдалеке блеснула молния. Ветер раздувал наши футболки. Я поймал умоляющий взгляд Д. и собрался с силами. Вырвал локоть из холодных рук Л. и подошел к расширяющейся яме, в которой вырисовывалась форма клеенчатого мешка. Я пристегнул собак, и с готовностью дернул. Сеттер нехотя отступил, слегка заскулив. Мой пес раздраженно рыкнул на меня, продолжая копать. Я слышал, как его когти царапают клеенку. Л. схватила поводок посредине и потянула со мной, пес поддался.

- Идемте, сейчас гроза будет, - уверенно сказал я, глядя на яму. Не глядя на друзей, я пошел в сторону тропинки, с которой мы сошли, таща вырывающихся собак.

Начался мелкий дождь, раздались разочарованные возгласы ребят, идущих за мной. Собаки трусили в сторону дома, который уже виднелся сквозь деревья, благополучно забыв лесную находку. Я не мог сдержать ухмылки, теперь я вел их, я был главным, они послушали меня, а Л. даже снова взяла меня за руку. Меня больше не раздражало ее холодное прикосновение.

Начался ливень, а мы, накинув на головы свитер Д., со всех ног бежали за собаками. Звуки цивилизации возвращались, казалось, даже небо посветлело с нашим приближением к дому. Я оглянулся, морщась и хихикая, друзья бежали рядом со мной, спотыкаясь, перепрыгивая пеньки и ямки. Мигнула молния, на секунду осветив вдалеке наш домик на дереве. Я устало улыбался, он был так близко! Кивнув на него друзьям и получив такие же уставшие улыбки в ответ, мы продолжили бег к моему дому, предвкушая плед, чашку чая и не сильно серьезный выговор от моей мамы, после которого перед нами поставят тарелку с разнообразным печеньем.

Снова мигнула молния. Я, все еще улыбаясь, взглянул на своего пса, радостно мчащего впереди. Уши развевались от ветра и бега, хвост молотил из стороны в сторону, с заплетающихся лап что-то стекало. Не замедляя шаг, я старался рассмотреть то, что почудилось мне в свете молний. С лап моего пса дождь смывал, то, что я принял за грязь... Кроваво-красную грязь.